1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer

"Богатые должны платить больше"

derbin2О «зажравшихся менеджерах», героизме профсоюзных активистов на местах, причинах непопулярности рабочих профессий и необходимости запрета «заемного труда» - наш разговор

 

 

с председателем Федерации профсоюзов Санкт-Петербурга и Ленинградской области Владимиром ДЕРБИНЫМ.

 

 

«Поражения делают нас сильнее»

- Владимир Георгиевич, Федерация проиграла  борьбу с руководством пивоварни «Хейнекен», ведь суд признал законным увольнение профсоюзных лидеров предприятия – организаторов забастовки?

- На данный момент – да, проиграла. Мы не смогли защитить своих товарищей от увольнения. Невский районный суд встал на сторону бизнеса. Работодатель воспользовался тем, что организаторы забастовки не выполнили некоторые формальные требования законодательства – а этих требований масса, поэтому акцию протеста приравняли к обычному прогулу. Но для менеджеров пивоварни это пиррова победа - о своей солидарности с пострадавшими рабочими заявили уже профсоюзы и рабочие коллективы не только России, но и Турции, Израиля, Литвы, то есть концерн подпортил свою репутацию в международном масштабе.  Мы обязательно будем обжаловать вынесенное судебное решение. И даже если проиграем во всех инстанциях, в итоге все равно выиграем,  показав, что нужно менять  российское трудовое законодательство, в том числе – упрощать процедуру объявления забастовки.  Нужно, кроме того, законодательно защитить руководителей первичных профсоюзных организаций. Сейчас для того, чтобы создать в какой-то компании профсоюз, инициаторы вынуждены проявлять настоящий героизм – работодатель может их просто уволить за какие-то мифические нарушения, и доказать в суде, что это месть за попытку создание профсоюза или за независимую позицию профсоюзной организации, почти невозможно.  Но, как свидетельствует история рабочего движения, отдельные поражения его не ослабляют, а, напротив, делают  только сильнее.

- И что – есть такие примеры? Я имею в виду современные.

- Не будут  перечислять все, возьму один из самых ярких – Балтийский завод. Его, я считаю, спас от банкротства и уничтожения  заводской профсоюз.

- Разве не ОСК (государственная объединенная судостроительная корпорация)?

- Увы, на первом этапе, когда завод только перешел под ее контроль, она только усугубила кризис. Бывший владелец Балтзавода – банкир и сенатор Пугачев, решил крупные госзаказы размещать на «Северной верфи», а Балтийский, насколько я в курсе, интересовал его в первую очередь как крупный участок земли в видовом месте. Когда решался вопрос о переходе судостроительных активов Пугачева в ОСК, эта госкорпорация, чтобы не переплачивать бывшему владельцу, объективно была заинтересована снизить цену предприятия. Поэтому не было заказов, росли долги по зарплате – при том, что она и так была мизерной, 15-17 тысяч рублей. Это, может, и правильно с точки зрения бизнеса, но нельзя же людей – огромный коллектив, делать заложником бизнес-схем. Поэтому я лично сказал Владимиру Путину – на тот момент премьер-министру, что главу ОСК Романа Троценко нужно освободить, причем сам Троценко при этом присутствовал. Но главную роль сыграл заводской профсоюз: он обращался к президенту, премьер-министру, к губернатору Петербурга и депутатам Законодательного Собрания и не довольствовался отписками, а добивался принятия мер.  Когда завод официально вошел в предзабастовочное состояние – все вопросы начали решаться, причем на высшем уровне. Сегодня, как вы знаете, Объединенной судостроительной корпорацией  руководит уже другой человек, а завод получил долгожданный крупный заказ на строительство атомного ледокола нового поколения. Если бы не профсоюз, еще неизвестно, как бы все закончилось,  сколько в городе и по России уничтожено потенциально сильных предприятий – все знают.

Другой известный пример – Пикалево. Его предприятия спасли от банкротства и последующей ликвидации трудовые коллективы и профсоюзы, заставив обратить внимание на проблемы моногорода руководство страны. Сейчас, кстати, там опять проблемы – Арбитражный суд намерен взыскать с пикалевских заводов  300 миллионов рублей каких-то долгов. Снова угроза банкротства. Олег Дерипаска, насколько я понял, вообще не хочет больше заниматься этим производством, но это – его проблемы, из-за которых люди страдать не должны. Не тянет сам – пусть продаст тому, у кого получится. Нам, по большому счету, все равно, кто собственник – частное лицо, госкорпорация, министерство, главное, чтобы он был социально ответственным. Мы уже направили соответствующие обращения по поводу Пикалево и лично Дерипаске, и в федеральные органы власти.

«Беда нашей экономики – в «зажравшихся» менеджерах»

- Недавно я писал комментарий по поводу очередной нашей неудачи при запуске космических спутников. И пришел к выводу, что одна их главных причин – система оплаты в ГТНЦ им Хруничева. Рабочие и инженеры на московском заводе объединения получают зарплату на 15 тысяч ниже, чем в среднем по Москве – около 30 тысяч рублей. А менеджеры предприятия – по 2-3 миллиона в месяц. Понятно, что при таких разрывах трудно ждать от рабочих, что они пылинки со спутников и разгонных блоков  будут сдувать.

- У нас в Петербурге разрыв между заработками менеджмента и рядовых работников, согласно данным профсоюзного мониторинга, еще больше –  19,6 раза. Я говорю не о разрыве в доходах самых богатых и самых бедных, а именно о заработной плате. Средний руководитель получает раз в десять больше рабочего, а менеджер высшего звена – в несколько десятков раз.  Причем не только в частном секторе – это еще можно было бы понять, но даже в госсекторе – в тех же госкорпорациях.  Еще одна привилегированная группа - иностранные менеджеры. В нашем аэропорту, к примеру, иностранный менеджер получает около миллиона рублей в месяц, а его российский коллега на аналогичной позиции – в несколько раз меньше.    В Европе допустимым – на грани критического – считается 10-кратный разрыв в доходах между рядовым персоналом и топ-менеджерами.  К тому же у них есть  принципиальное отличие от нас:  там прогрессивный подоходный налог, чем больше получаешь, тем больше отдаешь на общественные нужды. 

- И что с этим делать?

- Цивилизованно решать  проблему.   Не протестами и митинговыми акциями – этим мы только дестабилизирует обстановку, а грамотной и постепенной работой.   Во-первых – необходимо ввести  прогрессивный подоходный налог. Профсоюзы давно за это выступают. Мы находим понимание в Министерстве труда – это новое, созданное уже после выборов министерство, задачей которого является регулирование трудовых отношений.

- У нас в стране такое лобби выступает против «прогрессивки»…  Кому из миллиардеров и тех же топ-менеджеров захочется отдавать от 30 до 50 процентов доходов в казну?

- На Западе тоже не хотят отдавать. Но там понимают, что слишком большой разрыв в доходах ведет экономику к деградации, а общество – к социальной напряженности; так что в итоге богатые потеряют больше, чем сэкономят на налогах.  Во-вторых, нормой для предприятий любого размера и всех форм собственности  должно стать наличие профсоюзной организации и заключение ею коллективного договора с администрацией. Поверьте моему опыту – этот  документ предотвращает большинство конфликтов и одинаково полезен как рядовым работникам, так и работодателям. Именно в колдоговоре  должно быть прописано, какая часть фонда оплаты труда идет рабочим, какая – ИТР, какая – менеджерам. Аналогично прописывается распределение прибыли: сколько – на дивиденды акционерам, на поощрение руководства компании, и сколько – на премиальные выплаты рабочим. В этом же документе обговариваются те детали, которые на первый взгляд не так уж важны, но, как показывает опыт, именно из-за них нередко возникают серьезные конфликты: обеспечение спецодеждой,  время и условия для приема пищи, наличие перерывов на отдых, внутренние отношения на производстве. Помните забастовки на заводе «Форд»? Одной из причин (помимо недовольства уровнем оплаты труда) было то, что администрация фактически запретила в рабочее время перекуры, что, с одной стороны, и правильно, но с другой – не учитывает привычек и менталитета людей.   Мне в свое время пришлось «разруливать» предконфликтную ситуацию на заводе «Кока-Кола». Там  по правилам внутреннего распорядка рабочий не имел права обращаться с вопросом к мастеру – только через своего бригадира. С точки зрения организации труда это, возможно, было и правильно, но игнорировало нашу производственную культуру и традиции и вызывало законное возмущение людей.  Мелкий вроде бы вопрос мог привести к серьезному конфликту. Поэтому я говорил и буду говорить, что коллективный договор нужен везде и всем. Когда он есть, рабочие и профсоюз могут предметно «вести торг» с администрацией – сколько процентов дохода пойдет на оплату менеждеров, сколько – рабочих. Но при этом трудовой коллектив и на себя берет немало обязательств – по соблюдению дисциплины, гарантиям качества работы и т.д. В итоге прибыли компании не снижаются, а растут.

- Это просто пожелания профсоюзов – чтобы везде были колдоговоры, или работодатели реально на это идут?

- Не просто идут, а с желанием! Мы уже несколько лет проводим в городе конкурс на лучший колдоговор – вы знаете, какая жесткая конкуренция идет за это звание? Поострее, чем на знаменитых кинофестивалях.

- Признаться – удивлен. Об этом как-то мало сообщается.

- В этом особенность современных российских СМИ – они охотней освещают различные скандалы, чем то, что действительно важно.  Но вот в кругу промышленников и вообще работодателей или, к примеру, в высоких кабинетах упомянуть в разговоре: «Знаете, у меня лучший колдоговор в городе!» – дорогого стоит, это куда круче, чем новой машиной или недвижимость похвастаться. Времена все же меняются, умные руководители понимают, что  главный капитал – не помещения, не оборудование, а люди.  В Петербурге есть предприятия, где средняя зарплата около 40 тысяч рублей, а зарплата высококвалифицированных рабочих зачастую превышает порог 80-100 тысяч рублей! Например, ЛМЗ, завод Климова…

- Петербург, в силу известных причин, город зажиточный, а вот по России люди кое-где по 5-7 тысяч получают.

- Это другая часть проблемы сокращения разрыва в доходах. Нам совершенно необходимо законодательно поднять минимальный размер оплаты труда до уровня, гарантирующего работающему человеку нормальное проживание. В Петербурге, кстати, мы добились одного из самых высоких в стране уровней минимальной заработной платы – 7781 рубль, не считая компенсационных и стимулирующих выплат, но и это мизер, обеспечивающий только выживание. В европейских странах МРОТ равен от 40 до 60 процентов от среднего заработка. У нас его официальный уровень по стране – 4611 рублей при средней зарплате чуть выше 20 тысяч.  Законодательное увеличение МРОТ хотя бы до величины прожиточного минимума выведет несколько миллионов человек из-за черты бедности, сократит разрыв в доходах и заодно увеличит поступление в Пенсионный фонд и другие внебюджетные фонды, увеличит поступления и от подоходного налога.

В заключение добавлю, что профсоюзы также требуют запрещения  - или предельно жесткой регламентации – так называемого «заемного труда», то есть практики, когда та или иная компания не принимает нужных ей работников в штат, а как бы берет их в аренду у агентства по персоналу.   Таким способом те же строители набирают себе трудовых мигрантов, используя их не только как дешевую рабочую силу, но и как штрейкбрехеров. Это тоже связано с нашими провалами в трудовом законодательстве и аномальными диспропорциями в сфере оплаты труда.

«Фильм о рабочем снять не удалось»

- Вы упомянули, что на некоторых петербургских предприятиях средняя зарплата около 40 тысяч. Но молодежь по-прежнему не хочет идти в рабочие – это непрестижно. Лучше сидеть в офисе – пусть даже за вдвое меньшую оплату.

- А чего мы хотели, если 15 лет подряд производству, рабочим и инженерам не уделялось никакого внимания ни в СМИ, ни на государственном уровне. Кому у нас дают высокие государственные награды? Артистам, космонавтам, изредка военным и разного рода юбилярам. На моей памяти только два человека получили звание «Героев» за работу – доярка из Вологодской области да чабан, который спас свою отару от волков.

Два года подряд наша Федерация объявляла конкурс на лучший документальный фильм о человеке труда – премия гарантировалась вполне достойная. И за два года в городе, где полно различных студий, творческих объединений и т.п. мы не получили ни одной  серьезной работы, которая бы нас устроила. Творческая интеллигенция просто не знает, как за рабочую тему взяться. Меняться что-то начало только в последние годы. Мы вместе с работодателями стали проводить конкурсы профессионального мастерства для строителей, судостроителей, работников ЖКХ – в профессиональных кругах они пользуются большой популярностью. Федеральные власти, лично Владимир Путин взялись за проблему ПТУ. Традиции соревнования стали возрождаться – на некоторых предприятиях появились доски почета для передовиков. Но инерция небрежения к рабочему классу слишком велика.

- А может, дело в том, что на наших заводах слишком много физического труда?

- На любых предприятиях – а я бывал на многих различных заводах в Европе, есть физический труд. В нем нет ничего страшного, если условия для работы созданы нормальные – не надо пачкаться в грязи, надрываться, есть хорошая спецодежда и удобные инструменты. У нас на большинстве предприятий все это имеется. Проблема – в отсутствии информации о том, как на самом деле обстоит дело на производстве, и в психологии. В западном мире считается престижным хорошо зарабатывать, а у нас – ходить в беленькой рубашке. 

Но, уверен, все это переменится. Работать на производстве, где сильный  профсоюз и хороший колдоговор, уже сегодня и выгодно, и престижно.

Материал из газеты "Невское время", выпуск №149 от 28 августа 2012 года.